Брат [фанфик по Fairy Tail] - Константин Буланов

Первый умер так и не успев понять, что же произошло. Второй понять успел, но и только — вошедший под левую руку нож достал до сердца раньше, чем он сам успел повернуться к противнику. Третий успел понять и выстрелить, но лишь поразил молнией уже своего погибшего коллегу. Правда, нож Виктору пришлось оставить в теле темного мага, так как удар молнии пришелся и в него.

Отскочив в сторону, он тут же ушел еще дальше перекатом через плечо, но дальнейших ужимков и прыжков не понадобилось. До последнего темного успел добраться кто-то из рабов, о чем красноречиво свидетельствовала торчавшая из его головы кирка.

— А я гляжу, ты решил поиграть в героя на старости лет, дед? — усмехнулся Виктор, смотрящим на него неверящим взглядом Роба и Эльзу. — Спасать прекрасных дев от неминуемой гибели — это, конечно, почетно, и все такое, но лучше оставь это дело молодым. Им оно нужнее, старый ты ловелас.

— Оук? Это действительно ты?

— Не совсем, Роб. — покачал головой паренек, кривясь от терзающей тело боли, — Оук навсегда остался здесь, в этих застенках. — он обвел руками вокруг. — Теперь меня зовут Виктор. Маг гильдии Хвост Феи! — сжав кулак правой руки, он продемонстрировал старику четырех миниатюрных разноцветных феек. Резко дернувшись в сторону, он ушел от слабенькой атаки одного из недобитых магов, который, впрочем, уже лишился своего посоха и метнул в ответ выхваченную из-за пояса последнюю приберегаемую на крайний случай гранату. С метанием холодного оружия у него пока не сильно ладилось, а вот гранаты шли на ура. Вот и эта, упав у ног мага, мгновенно взорвалась вспышками молний. Тот едва успел отпрыгнуть подальше, чтобы не превратиться в хорошо прожаренный кусок мяса, но правая нога все же осталась в зоне поражения и затрясшийся от полученного разряда темный, рухнул на колени. — И я вернулся чтобы карать! — прокричал под конец своего представления старым друзьям Виктор, подхватывая на бегу косу. Замах вышел на славу, но последние крохи сил жнеца закончились до того как лезвие соприкоснулось с телом темного мага. Вложив слишком много сил в этот удар, он не смог удержаться на месте, когда коса испарилась из его рук, и кубарем полетел прямиком в противника. Впрочем, тот уже был изрядно потрепан и обессилен, так что даже небольшого веса Виктора оказалось достаточно, чтобы окончательно свалить мага. Оказавшись сверху, Виктор выхватил последнее оружие, что еще оставалось с ним. Револьвер мог не только стрелять. Благодаря немалому весу он превратился в прекрасный вариант булавы. Тяжелая рукоять раз за разом, замах за замахом, начала опускаться на голову противника, вдребезги разбивая его лицо. — И вот так будет с каждым. — под конец прохрипел обессиленный паренек, почувствовав, что лежащее под ним тело все же обмякло, на что потребовалось три десятка ударов.

— Хвост Феи. — неверяще пробормотала Эльза, смотря на своего старого знакомого и не узнавая его. От беспомощного Оука в представшем перед ней пареньке не осталось ровным счетом ничего, кроме лица. Лица, в данный момент забрызганного кровью. Впрочем, кровью оказались забрызганы и обе его руки, а со сжимаемого им непонятного оружия красная жидкость падала на пол частой капелью.

— Не беспокойся, Эльза. — осмотрев себя, хмыкнул Виктор, — То, что рассказывал про гильдию Роб оказалось чистой правдой. Они все там хорошие люди. Там я смог обрести вторую семью. И так грубо — он продемонстрировал окровавленную рукоять револьвера, — никто из них не стал бы действовать. Они бы точно смогли обойтись без лишних жертв. Это я одна такая сволочь, которой не жалко человеческой жизни. Что поделать? — развел он руками, — У меня было тяжелое детство.

— Оук, не надо так о себе говорить. — заметно подрагивающим голосом попыталась возразить Эльза.

— Не Оук, Эльза. — грустно усмехнулся Виктор. — Оук умер три года назад. Остался только я — Виктор.

— Виктор, а где остальные феи? Где Макаров? — вовремя решил вмешаться Роб.

— Мастер ждет меня на берегу. А остальных я не стал вовлекать в столь опасное дело. Просто, я до сих пор не знаю, где именно мы находимся, а доставить сюда Макарова тем способом каким попал сюда я, мне не хватало сил. Вот и пришлось возвращаться в гордом одиночестве.

— Так это ты отключил ошейники и кандалы?

— Ага! Годы подготовки не пошли насмарку! — он от души пнул валявшийся под ногами ошейник, — Или я не прав?

— Прав, Виктор. — пустив скупую слезу, кивнул Роб. — Ты молодец, мой мальчик. Ты все правильно сделал. А это. — он окинул взглядом лежавшие вокруг неподвижные тела, — Это не ты такой. Просто жизнь не оставила тебе иного выбора.

— Выбор есть всегда. — хмыкнул в ответ Виктор. — Можно поднять лапки и сдохнуть на радость врагу, а можно… — не договорив, он продемонстрировал свой револьвер. — Я свой выбор сделал. Полагаю, время покажет насколько верным он был. А теперь… — договорить он не успел и свалился, подергиваясь от пробивавших тело разрядов — подкравшийся со спины и незамеченный враг все же смог достать того, кто стал причиной разразившихся в строившейся башне беспорядков.

— Джерар!? Что ты делаешь!? Это же Оук! — уставился в немалом удивлении на синеволосого паренька Роб.

— Я знаю. — ухмыльнулся тот и выстрелил из посоха в старика. Тот все еще прикрывал своим телом Эльзу и потому даже не дернулся, чтобы уйти с линии атаки.

— Джерар! — смотря широко распахнутыми глазами на своего лучшего друга, Эльза отказывалась понимать, то, свидетелем чего она стала. — Это же свои!

— Смотря для кого. — усмехнулся Джерар и присел у лежавшей на полу девчонки. — Ты знаешь, Эльза. Годы проведенные в этом месте не прошли для меня даром. Мне, наконец, открылась истина. Ты даже представить себе не можешь всю грандиозность того, что мы делали в этой башне. И теперь я никому не могу позволить разрушить все, что уже было сделано. Присоединяйся ко мне Эльза и вскоре мы станем настолько сильными, что более никто не посмеет смотреть на нас свысока.

— А как же все остальные? Как же Роб? Ты же убил его!

— Этот дряхлый старик все равно уже ни на что не годился. А что касается остальных — я смогу найти слова, чтобы убедить их остаться здесь. Уж поверь.

— Ты не Джерар! Джерар никогда бы не сказал ничего подобного! Кто ты!?

— Я Джерар, Эльза. Просто, именно сейчас я стал самим собой. Так каким будет твое последнее слово? Ты со мной или ты против меня? — он поднялся с корточек и направил в голову старой подруги навершие магического посоха.

— Джерар, не делай этого. Ты никогда не простишь себя, если сделаешь сейчас нечто ужасное. — прохрипел лежавший рядом Роб.

— Хм. А ты, пожалуй, прав, старик. Она мне еще пригодится. Пусть не сейчас, но в будущем — точно. Я даже буду столь милостивым, что позволю ей уйти с острова. Только знай одно, Эльза. Если ты или кто-либо другой, направленный сюда по твоей наводке, ступит хоть одной ногой на остров, я убью всех наших друзей. Одного за другим. И вся вина за их смерть ляжет именно на твои плечи. А чтобы ты не сомневалась, что мне хватит духа на нечто подобное, смотри. — он медленно перевел посох с Эльзы на Роба и ухмыльнувшись, выпустил молнию.

Досмотреть жуткую картину гибели человека заменившего ей семью Эльза не смогла. Нечто черное накрыло ее сверху, а после она ощутила резкий рывок и чувство свободного падения, окончившееся приземлением в мокрый песок на берегу какого-то дикого пляжа. Отплевавшись от забившегося в рот песка, она принялась осматриваться и мгновенно наткнулась взглядом на бледное, искаженное гримасой боли лицо Оука. По всей видимости тот был без сознания, поскольку даже не попытался изменить положение тела, когда накатывающие волны принялись забивать его рот и нос морской водой. А следом за ним проглядывались знакомые седые волосы Роба.

Глава 4. Дела семейные

Провалявшийся в забытьи следующие семь дней Виктор пропустил столько событий, что, очнувшись, сперва испугался, не узнав в стоявшем над головой зомби старого доброго мастера Макарова. Позеленевший, с красными глазами, обрамленными огромными синяками, он мало чем напоминал жизнерадостного деда. Причем, судя по отсутствию какой-либо реакции, мастер спал стоя с открытыми глазами. Но что было еще страшнее — он узнал комнату. Именно при побеге отсюда его чуть было не накололи на метлу, как беспечную бабочку на иголку. Тут же в голове проскочила мысль по поводу повторения процедуры тактического отступления с потенциально враждебной территории, но даже откидывание одеяла отняло у него столько сил, что закружилась голова и на лбу выступил холодный пот.

— Пациент куда-то собрался? — не предвещавший ничего хорошего голос, раздался из дальнего угла комнаты, скрываемого телом мастера.

— Здравствуйте госпожа Полюшка. Безмерно рад вновь вас…э-э-э-э…слышать. — предпринял попытку смягчить будущее лечение Виктор.